Главная > Рубрики > Реплика > К вопросу о деталях

К вопросу о деталях

Одни считают, что Бог в деталях, другие говорят, что в них дьявол. В любом случае детали надо уметь замечать. И тем более, уметь понимать.
Сергей Смирнов, политтехнолог
К вопросу о деталях

В конце мая я участвовал в обсуждении проекта будущего Багаевского гидроузла. Один из выступавших настолько ярко и эмоционально рассказывал о сложной экологической ситуации на Дону: о том, сколько всего нехорошего попадает в него со стоками промышленных предприятий, как вредит реке пароходство вообще и обсуждаемый гидроузел в частности, что я ему на какой-то миг даже поверил. Правда, второй участник быстро вернул меня к реальности: «Во-первых, у гидроузла нет и не может быть никаких вредных стоков. Во-вторых, следить за чистотой промышленных стоков должно как раз ведомство нашего уважаемого предыдущего выступающего. И еще одна маленькая, но очень важная деталь. Товарищ много говорил о возможном ущербе для экологии от сухогрузов, которые ходят по Дону. Но один такой сухогруз заменяет порядка пятисот большегрузных автомобилей, от которых урон для экологии на порядок выше. Так чьи же интересы он в этом случае защищает?». И таких маленьких, но важных деталей в нашей жизни предостаточно.

Знакомый бизнесмен Александр Л. как-то рассказал мне историю из начала 90-х годов. Однажды летом в Сочи он оказался в одной компании с иностранным бизнесменом, то ли немцем, то ли англичанином (за давностью лет мой приятель уже забыл, помнил только, что разговор велся на странной смеси нескольких языков и жестов). Этот иностранец предложил моему другу поучаствовать в довольно выгодном контракте (типа «компьютеры в обмен на алюминий»). «Мы уже почти обо всем договорились, и тут у меня падает зажигалка. Я наклоняюсь под стол и вижу, что у этого иностранца туфли надеты на босу ногу! Представляешь, он в костюме, белой рубашке и без носков! Говорит, что будет у нас алюминий покупать вагонами, а у самого денег на носки нет. Это же элементарная разводка! Я быстро съехал с темы, сказал, что опаздываю на следующую встречу, пообещал перезвонить и ушел. Перезванивать я, конечно же, не стал и вскоре даже забыл про этот случай. А лет через десять прочитал в одном из журналов, что летом мокасины (а этот иностранец был как раз в них) даже под костюм носят без носков. Кстати, я потом специально узнавал: мой приятель, который познакомил нас, тогда на этой сделке хорошо поднялся. Я не жалуюсь, у меня в бизнесе все нормально. Просто порой вспомнишь, и бывает обидно от того, как я сам лоханулся…».

Мой коллега, политтехнолог Игорь Ш., всем видам одежды предпочитал джинсы, майки и свитера. Но в начале 2000-х годов он стал советником главы администрации президента одной из сопредельных стран. И ему поневоле пришлось следовать довольно строгому дресс-коду: темный костюм, белая рубашка, однотонный галстук. «Меня поначалу напрягал даже не сам дресс-код: хорошо сшитый костюм так же удобен, как и джинсы. Но я стал похож на чиновника, и ко мне стали относиться именно как к чиновнику. Пришлось купить себе дизайнерские часы (я их видел – «Алан Зильберштейн» в красном корпусе с разноцветными стрелками и кнопками – прим. автора). Пока идешь по коридорам, ничем не отличаешься от обычных клерков и не выделяешься из их толпы. А на совещании достаточно согнуть руку в локте, чтобы часы высунулись из-под рукава, и все сразу поняли – никакой ты не чиновник». Такой же деталью может быть и простая пуговица. Как-то я заметил моему приятелю Севе А., что у него на обшлаге пиджака недостает одной из пуговиц. Неужели Сева, самый стильный и пижонистый из нашей команды, пришел на работу в таком неряшливом виде? Он ведь чуть ли не каждый день на переговорах то с депутатами, то с главами облдержадминистраций, подумал я. Все оказалось совсем не так. «Она не оторвалась, просто я ее расстегнул. Причем специально. Чтобы занять на переговорах более сильную позицию, хороши любые средства. Например, твой собеседник видит, точнее, не видит этой самой пуговицы и снисходительно делает тебе замечание, дескать, у вас оторвалась. А ты не менее снисходительно отвечаешь, что она не оторвалась, а расстегнулась, и застегиваешь ее. Он непроизвольно пытается сделать то же самое на своем пиджаке. Но в девяти случаях из десяти даже на дорогих пиджаках эти петли фальшивые, не прорезные, поэтому у него ничего не получится. И вместо того, чтобы принизить тебя, он делает это с собой». Я потом сам не раз так поступал и каждый раз убеждался в правоте Севы и фразы, которую как-то раз увидел в рекламе одной марки часов, «It’s nothing, but it’s very important nothing».

comments powered by Disqus