Главная > Рубрики > Реплика > Пикассо

Пикассо

Часть вторая (Пикассо)
Вова Овечкин, художник, писатель
Пикассо

Часть вторая (Пикассо)
(продолжение)


В искусстве все имеет свою цену. Ценой ведают аукционные дома (Сотбис, Кристи и т.д.). Пикассо – бренд испано-французский. Он раскручен Западной Европой. Врубель, Филонов, Гончарова, Ларионов, художники «Бубнового Валета» – бренды русские. Европа не горит желанием пускать эти бренды на свой рынок. В этом есть элемент политики. Недавно я говорил с Вадиком Махницким (один из лучших ростовских художников), и он тоже считает, что если бы Врубель появился на аукционах, пришлось бы менять всю сложившуюся шкалу ценностей. Что-то бы подешевело и очень сильно, а этого никто не хочет. Западное искусство должно быть лучше и, соответственно, дороже. Так решают кураторы аукционных домов. Раскруткой русских брендов пусть занимаются русские! Не знаю, повлиял Врубель или нет, но определить откуда у Пикассо ноги растут легко: Жорж Брак (кубизм), Ван Гог, французские импрессионисты (Матисс и Сезанн) и сюрреалисты… Он просто дальше всех прошел по пути деструктивизма, распиливая и разрезая фигуры и объединяя профиль с фасом. «Для меня картина – это сумма деструкций. Я пишу картину, а потом разрушаю ее», – говорил он. И еще: «Картина не должна быть обманкой для зрения, она должна быть обманкой для ума». Наверно, благодаря Пикассо, у художников всего мира существует «глухая» отмазка: «Так ведь не похоже!» – «Ну и что? Я так вижу!». Московская выставка была организована в рамках года Франции в России, под патронажем двух президентов – Саркози и Медведева; за что им низкий поклон. Полотна привезли из Национального музея Пикассо в Париже (здание закрыли на реставрацию до 2012 года, а коллекция поехала путешествовать). Мы бродили из зала в зал. Картины были развешены таким образом, чтобы проследить развитие художника от начала и до конца. Когда зашли в зал с работами «голубого и розового» периодов, Саня не удержался и зашипел: «Так он, часом, не из тех?» – «Не из тех, не из тех, тише!». Саше очень понравились картины, особенно ранние, там где похоже. И портрет Ольги понравился, и голова Касахемаса, покончившего жизнь самоубийством (видимо, все звезды примеряют на себя суицидальную мантию). Но для меня Пикассо немного искусственный и круг тем узковат – быки и женщины. Животноводческий эротизм. Раньше были акробаты-арлекины, но это в прошлом. Остался тореадор, но и он погибает. Пикассо всегда на стороне Быка. Понятно, что Гений, что шире всех раздвинул границы и так далее. Я люблю у него то, что против войны: «Кошка, схватившая Птицу», «Бойня в Корее», «Женщина с платком» (символ скорбящей Испании) и, конечно, «Герника». Говорят, когда гестапо делало обыск в парижской квартире художника, немецкий офицер показал на репродукцию «Герники» и спросил на ломанном французском: «Это сделали Вы?». Пикассо ответил: «Нет! Это сделали вы!». Мы выходили через коридор, занавешенный баннером с изображением «Герники» в натуральную величину, и верите, сердце будто покрылось инеем… Вот же тварь! Как забирает!


Часть третья (после Пикассо)


Потом мы сидели в ирландском пабе (а в каком еще мы могли сидеть?..) и ждали подхода Лехи Яковлева, звукорежиссера Абвиотуры и Маликова. Пили: я – двойной эспрессо, Джалаш – свой сакральный «Гиннес». Появился Леха, и Саня стал, размахивая руками, сумбурно и горячо рассказывать, какой суперский чувак этот Пикассо и какой молодец Вовчик, что вытащил его на выставку. Странно, буквально четыре часа назад он поносил беднягу испанца последними словами, а сейчас получается, Джалаш – его самый большой поклонник! Вот что с нами делает реклама, декорации и советы друзей!

comments powered by Disqus